Эксперт Арсений Беленький прокомментировал новое регулирование платформенной занятости

На этой неделе правительство обнародовало постановление, которое развивает идеи вступающего в силу с 1 октября 2026 года закона "Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в РФ". Эксперт Координационного центра при правительстве Арсений Беленький рассказывает, что на самом деле значат для индустрии новые ограничения на работу самозанятых.

Публикация постановления правительства от 19 июня 2026 года № 760 "Об утверждении критерия систематичности и продолжительности выполнения работ, оказания услуг, предусмотренного пунктом 5 части 1 статьи 17 Федерального закона "Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в РФ" вызвала волну обсуждений. Ряд комментаторов интерпретировал документ как введение общего ограничения – не более 60 часов работы самозанятого на одного заказчика в месяц.

Однако важно понимать: документ вовсе не вводит универсального ограничения в 60 часов для всех самозанятых подряд. На практике речь идет о точечном, риск-ориентированном подходе, и важно видеть разницу. Более подробно объясняет эксперт Координационного центра при правительстве Арсений Беленький.

"Да, в постановлении действительно зафиксирован критерий: 60 часов в месяц у одного пользователя-заказчика в течение шести месяцев подряд. Но это не "потолок" для самозанятого, а индикатор для цифровых платформ, помогающий им оценивать риски подмены трудовых отношений. Документ вступает в силу 1 октября 2026 года и будет действовать до 1 октября 2032 года – то есть у рынка есть понятный горизонт планирования", – говорит эксперт.

При этом критерий не универсален: он распространяется только на утвержденный правительством перечень отраслей – строительство, транспорт, складскую деятельность, торговлю, общественное питание, операции с недвижимостью, образование, разработку ПО, ИТ, рекламу, спорт и ряд других.

То есть регулирование вводится именно там, где статистика и практика показывают реальные риски размывания границ между гражданско-правовыми и трудовыми отношениями.

"С принятием закона "Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики" мы фактически видим формирование отдельной правовой модели. Платформенная занятость теперь выделена в самостоятельную категорию – это принципиально важно. Государство не пытается подогнать ее под старые шаблоны, а создает специальные нормы, учитывающие специфику цифровых платформ. Такой подход позволяет снизить правовую неопределенность и избежать ситуации, когда одни и те же критерии применяются и к прямому договору самозанятого с компанией, и к работе через платформу с динамичной сменой заказов", – отмечает Арсений Беленький.

Если вид деятельности не включен в утвержденный перечень, платформа не обязана применять ограничения по продолжительности взаимодействия. Для таких сегментов критерии систематичности и длительности не установлены, а индикаторы риска трудовых отношений Минтруда в рамках платформенной модели не действуют. Проще говоря, там, где риски подмены не зафиксированы, рынок продолжает работать без дополнительных фильтров.

Отдельно стоит подчеркнуть: постановление регулирует взаимодействие через платформу с заказчиком-юрлицом. Оно не затрагивает отношения, в которых заказчиком выступает физическое лицо, в том числе в такси, логистике и доставке, где клиент каждый раз новый. Для этих сегментов ничего не меняется.

То же касается и прямых договоров вне платформ: если самозанятый и заказчик работают по гражданско-правовому договору напрямую, критерий "60 часов" не применяется. Здесь продолжают действовать общие нормы законодательства и подходы Минтруда к оценке признаков подмены трудовых отношений.

Одним словом, постановление № 760 конкретизирует критерий, предусмотренный статьей 17 федерального закона о платформенной экономике. Это первый случай, когда правительство устанавливает специальные правила именно для платформенной модели занятости – не общие, а адаптированные под ее логику. Для операторов платформ это означает четкие ориентиры: теперь они могут выстраивать процессы, опираясь на понятные критерии, а не на размытые трактовки. Для исполнителей это дополнительная защита от произвольной переквалификации их деятельности.

Таким образом, документ стоит рассматривать не как ограничение, а как развитие законодательства: он создает более прозрачные условия для цифровых платформ, бизнеса и исполнителей, снижая неопределенность и давая рынку понятные правила.